КНДР расширяет испытания и производство вооруженных беспилотников до 2026 года

Корейская народная армия (КНА) КНДР провела крупномасштабные 'совместные учения огневой мощи' 13 сентября 2026 года, произведя залпы тактических ракет малой дальности, оперативной крылатой ракеты, реактивных систем залпового огня калибра 600 мм и нескольких типов беспилотников атаки по целям на острове в Японском море, сообщила государственная пресса в следующий понедельник. Упражнения контролировали Pak Jong Chon, заместитель председателя Центральной военной комиссии правящей партии, и Maj. Gen. Yu Chang Son, начальник артиллерийского управления КНА, по данным NK News и UPI, которые ссылались на официальное Корейское центральное информационное агентство (ККИА) КНДР. Kim Jong Un не присутствовал.

ККИА сообщила, что в упражнениях участвовали пять артиллерийских и ракетных подразделений и что каждая система поразила свою цель с полной точностью, описывая учения как демонстрацию значительной сосредоточенной разрушительной мощи. По сообщениям, Yu заявил, что учение предназначено для совершенствования специализированной способности при необходимости выводить из строя силы противника организационно и структурно. Упражнения объединили дроны с интегрированной системой управления огнем, предназначенной для координации ударов нескольких типов оружия одновременно, по данным NK News.

Объект испытания дронов, расширяющийся с 2025 года

Сентябрьские учения последовали более чем за годом деятельности, связанной с дронами, на авиабазе Panghyon в провинции North Pyongan. В анализе спутниковых изображений, опубликованном 9 сентября 2025 года, NK Pro, информационная служба, предоставляющая аналитические материалы NK News, сообщила о повторяющихся картинах взрывов и кратеров на базе между июлем и сентябрем того года, что соответствует текущему тестированию дронов. Издание сообщило, что Северная Корея в мае перевела все размещенные там истребители МиГ-17 и МиГ-19 на соседний ремонтный завод, очистив полосу взлета и приземления, как она это делала перед предыдущими раундами продолжительного испытания дронов.

NK Pro сообщила, что спутниковые снимки начала сентября 2025 года показали стены, возведенные на новой трехзальной конструкции площадью примерно 140 на 120 метров рядом с ремонтной базой аэродрома Panghyon, наряду с более мелкими прямоугольными зданиями, которые аналитики связали с производством дронов. В отчете говорится, что вероятными объектами испытаний были беспилотники-камикадзе, представленные на выставке вооружения в ноябре 2024 года, и более крупные беспилотники атаки серии 'Saebyol', похожие на американский MQ-9 Reaper. NK Pro связала этот толчок отчасти с тем, что северокорейские военнослужащие получают прямой боевой опыт в войне беспилотников, сражаясь бок о бок с российскими силами против Украины.

Параллельная цепь поставок через Россию

Отдельно от внутренних испытаний Северная Корея также стала частью российской рабочей силы в производстве дронов. Совместное расследование Центра стратегических и международных исследований (CSIS) и Института Джорджа У. Буша, о котором сообщила киевское издание Militarnyi 22 октября 2026 года, выявило, что около 12 000 северокорейских рабочих отправлены в специальную экономическую зону Alabuga в регионе Tatarstan России для помощи в сборке беспилотников атаки типа Shahed. В отчете говорится, что рабочие получают примерно $2,50 в час, а северокорейские власти берут от 70 до 90 процентов их заработной платы, и некоторые работают смены продолжительностью до 12 часов в соответствии с производственными квотами. Исследователи сказали, что сентябрьские спутниковые снимки показали новые цеха и склады, строящиеся на объекте, поскольку набор продолжился.

Выступая на мероприятии 14 октября 2026 года, совместно организованном CSIS и Институтом Буша, Damon Wilson, президент и генеральный директор Национального фонда в поддержку демократии, описал то, что он называл четырехстраной цепочкой производства дронов, использованных против Украины.

Wilson утверждал, что внутренние репрессии в Северной Корее и ее вклад в российскую программу дронов взаимосвязаны, говоря, что одна и та же система, которая отрицает северокорейцам их свободу, также помогает производить оружие, используемое против украинских гражданских лиц. Он добавил, что военное развитие режима создает угрозу для Южной Кореи, Японии и американских сил в этом регионе.

Как США и Южная Корея реагируют

Подразделения армии США, дислоцированные в Южной Корее, говорят, что они адаптируются к угрозе дронов. Lt. Gen. Joe Hilbert, командующий 8-й армией, сказал в комментариях, о которых сообщила DefenseScoop 12 октября 2026 года, что Северная Корея, по сообщениям, практиковала операции 'роя', сочетающие беспилотники атаки с ракетами, и что 8-я армия применяет уроки войн в Украине и на Ближнем Востоке. По данным издания, Hilbert сказал, что односторонние беспилотники атаки становятся постоянной реальностью на поле боя. Col. Rosanna Clemente, командир 35-й бригады противовоздушной артиллерии, сказала, что войска практикуют быструю мобильность и перемещения на выживаемость и интегрируют системы Patriot с поддержкой IBCS и интегрированную возможность защиты от огня для улучшения координации между датчиками и перехватчиками.

Наращивание дронов и ракет совпало с обострением напряженности вдоль границы между Кореями. Kim Yo Jong, сестра Kim Jong Un, сказала 19-20 октября 2026 года, что Пхеньян рассматривает возобновление трансляций пропагандистских громкоговорителей и развертывание дополнительных неопределенных средств тактического удара рядом с границей, согласно Korea Times. Она связала угрозу со взрывом противопехотной мины 21 сентября, в результате которого были ранены три южнокорейских военнослужащих, и с тем, что она назвала южнокорейским вмешательством в работы по укреплению северокорейской границы. Председатель объединенного штаба начальников штабов Южной Кореи Gen. Jin Yong Sung приказал войскам решительно ответить на любые дальнейшие провокации, сообщила Korea Times.

Что остается непроверенным

Заявления Северной Кореи о своей точности и производительности, такие как процент попаданий со 100% точностью, приведенные для сентябрьских учений, исходят из государственных средств массовой информации и не были независимо подтверждены. Степень передачи технологии из России в программу дронов Северной Кореи также неурегулирована: DefenseScoop отметила, что президент Украины Volodymyr Zelenskyy предположил, что Россия могла поделиться технологией реактивных дронов с Пхеньяном, что Москва не подтвердила. Отдельно Северная Корея протестировала то, что ККИА описала как систему торпед с искусственным интеллектом под названием Zam-2.0, 17 октября 2026 года, которая, по словам официальных лиц, прошла более 180 раундов испытаний за пять лет, согласно Taipei Times; в отчете эта программа не была напрямую связана с усилиями по созданию дронов, но отмечалось, что она соответствует более широкой схеме приказов Kim Jong Un об увеличении использования искусственного интеллекта во всех системах вооружений.